Наблюдатель книга дэвид эллис

У нас вы можете скачать книгу наблюдатель книга дэвид эллис в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Эдвин Хаббл сделал эпохальное открытие: Иными словами, Вселенная расширяется. Это означает, что в более ранние времена все объекты были ближе друг к другу, чем сейчас.

Значит, было, по-видимому, время, около десяти или двадцати тысяч миллионов лет назад, когда они все находились в одном месте, так что плотность Вселенной была бесконечно большой. Сделанное Хабблом открытие перевело вопрос о том, как возникла Вселенная, в область компетенции науки. Наблюдения Хаббла говорили о том, что было время — так называемый большой взрыв, когда Вселенная была бесконечно малой и бесконечно плотной. При таких условиях все законы науки теряют смысл и не позволяют предсказывать будущее.

Если в еще более ранние времена и происходили какие-либо события, они все равно никак не смогли бы повлиять на то, что происходит сейчас.

Из-за отсутствия же наблюдаемых следствий ими можно просто пренебречь. Большой взрыв можно считать началом отсчета времени в том смысле, что более ранние времена были бы просто не определены. Подчеркнем, что такое начало отсчета времени очень сильно отличается от всего того, что предлагалось до Хаббла.

Начало времени в неизменяющейся Вселенной есть нечто, что должно определяться чем-то, существующим вне Вселенной; для начала Вселенной нет физической необходимости. Сотворение Богом Вселенной можно в своем представлении относить к любому моменту времени в прошлом.

Если же Вселенная расширяется, то могут существовать физические причины для того, чтобы она имела начало. Можно по-прежнему представлять себе, что именно Бог создал Вселенную — в момент большого взрыва или даже позднее но так, как если бы произошел большой взрыв. Однако было бы абсурдно утверждать, что Вселенная возникла раньше большого взрыва. Представление о расширяющейся Вселенной не исключает создателя, но налагает ограничения на возможную дату его трудов!

Чтобы можно было говорить о сущности Вселенной и о том, было ли у нее начало и будет ли конец, нужно хорошо представлять себе, что такое научная теория вообще.

Я буду придерживаться простейшей точки зрения: Эта модель существует лишь у нас в голове и не имеет другой реальности какой бы смысл мы ни вкладывали в это слово. Теория считается хорошей, если она удовлетворяет двум требованиям: Теория же тяготения Ньютона исходила из еще более простой модели, в которой тела притягиваются друг к другу с силой, пропорциональной некоторой величине, называемой их массой, и обратно пропорциональной квадрату расстояния между ними.

Но теория Ньютона весьма точно предсказывает движение Солнца, Луны и планет. Любая физическая теория всегда носит временный характер в том смысле, что является всего лишь гипотезой, которую нельзя доказать. Сколько бы раз ни констатировалось согласие теории с экспериментальными данными, нельзя быть уверенным в том, что в следующий раз эксперимент не войдет в противоречие с теорией. В то же время любую теорию можно опровергнуть, сославшись на одно-единственное наблюдение, которое не согласуется с ее предсказаниями.

Как указывал философ Карл Поппер, специалист в области философии науки, необходимым признаком хорошей теории является то, что она позволяет сделать предсказания, которые в принципе могут быть экспериментально опровергнуты. Всякий раз, когда новые эксперименты подтверждают предсказания теории, теория демонстрирует свою жизненность, и наша вера в нее крепнет. Но если хоть одно новое наблюдение не согласуется с теорией, нам приходится либо отказаться от нее, либо переделать.

Такова по крайней мере логика, хотя, конечно, вы всегда вправе усомниться в компетентности того, кто проводил наблюдения. На практике часто оказывается, что новая теория на самом деле является расширением предыдущей теории.

Например, чрезвычайно точные наблюдения за планетой Меркурий выявили небольшие расхождения между ее движением и предсказаниями ньютоновской теории тяготения.

Согласно общей теории относительности Эйнштейна, Меркурий должен двигаться немного иначе, чем получается в теории Ньютона. Тот факт, что предсказания Эйнштейна совпадают с результатами наблюдений, а предсказания Ньютона не совпадают, стал одним из решающих подтверждений новой теории. Правда, на практике мы до сих пор пользуемся теорией Ньютона, так как в тех случаях, с которыми мы обычно сталкиваемся, ее предсказания очень мало отличаются от предсказаний общей теории относительности.

Теория Ньютона имеет еще и то огромное преимущество, что с ней гораздо проще работать, чем с теорией Эйнштейна. Конечной целью науки является создание единой теории, которая описывала бы всю Вселенную. Решая эту задачу, большинство ученых делят ее на две части.

Первая часть — это законы, которые дают нам возможность узнать, как Вселенная изменяется со временем. Зная, как выглядит Вселенная в какой-то один момент времени, мы с помощью этих законов можем узнать, что с ней произойдет в любой более поздний момент времени. Вторая часть — проблема начального состояния Вселенной. Некоторые полагают, что наука должна заниматься только первой частью, а вопрос о том, что было вначале, считают делом метафизики и религии.

Если они правы, то у Бога была возможность сделать так, чтобы Вселенная развивалась совершенно произвольно. Бог же, по-видимому, предпочел, чтобы она развивалась весьма регулярно, по определенным законам.

Но тогда столь же логично предположить, что существуют еще и законы, управляющие начальным состоянием Вселенной. Оказывается, очень трудно сразу создавать теорию, которая описывала бы всю Вселенную. Вместо этого мы делим задачу на части и строим частные теории. Каждая из них описывает один ограниченный класс наблюдений и делает относительно него предсказания, пренебрегая влиянием всех остальных величин или представляя последние простыми наборами чисел.

Возможно, что такой подход совершенно неправилен. Если все во Вселенной фундаментальным образом зависит от всего другого, то возможно, что, исследуя отдельные части задачи изолированно, нельзя приблизиться к полному ее решению. Тем не менее в прошлом наш прогресс шел именно таким путем.

Классическим примером опять может служить ньютоновская теория тяготения, согласно которой гравитационная сила, действующая между двумя телами, зависит только от одной характеристики каждого тела, а именно от его массы, но не зависит от того, из какого вещества состоят тела.

Следовательно, для вычисления орбит, по которым движутся Солнце и планеты, не нужна теория их структуры и состава. Сейчас есть две основные частные теории для описания Вселенной — общая теория относительности и квантовая механика.

Обе они — результат огромных интеллектуальных усилий ученых первой половины нашего века. Общая теория относительности описывает гравитационное взаимодействие и крупномасштабную структуру Вселенной, т. Квантовая механика же имеет дело с явлениями в крайне малых масштабах, таких, как одна миллионная одной миллионной сантиметра. И эти две теории, к сожалению, несовместны — они не могут быть одновременно правильными. Одним из главных направлений исследований в современной физике и главной темой этой книги является поиск новой теории, которая объединила бы две предыдущие в одну — в квантовую теорию гравитации.

Пока такой теории нет, и ее, может быть, еще придется долго ждать, но мы уже знаем многие из тех свойств, которыми она должна обладать. В следующих главах вы увидите, что нам уже немало известно о том, какие предсказания должны вытекать из квантовой теории гравитации.

Если вы считаете, что Вселенная развивается не произвольным образом, а подчиняется определенным законам, то в конце концов вам придется объединить все частные теории в единую полную, которая будет описывать все во Вселенной. Правда, в поиски такой единой теории заложен один фундаментальный парадокс. Все сказанное выше о научных теориях предполагает, что мы являемся разумными существами, можем производить во Вселенной какие угодно наблюдения и на основе этих наблюдений делать логические заключения.

В такой схеме естественно предположить, что в принципе мы могли бы еще ближе подойти к пониманию законов, которым подчиняется наша Вселенная. Но если единая теория действительно существует, то она, наверное, тоже должна каким-то образом влиять на наши действия.

И тогда сама теория должна определять результат наших поисков ее же! А почему она должна заранее предопределять, что мы сделаем правильные выводы из наблюдений? Почему бы ей с таким же успехом не привести нас к неверным выводам?

Я могу предложить всего лишь один ответ на эти вопросы. Он основан на дарвиновском принципе естественного отбора. Моя идея состоит в том, что в любой популяции организмов, способных к самовоспроизведению, неизбежны генетические вариации и различия в воспитании отдельных индивидуумов. Это значит, что некоторые индивидуумы более других способны делать правильные выводы об окружающем их мире и поступать в соответствии с этими выводами.

У таких индивидуумов будет больше шансов выжить и дать потомство, а потому их образ мыслей и их поведение станут доминирующими. В прошлом интеллект и способность к научному открытию безусловно обеспечивали преимущества в выживании.

Правда, совсем не очевидно, что все сказанное верно и сейчас: Тем не менее, коль скоро Вселенная развивается регулярным образом, можно полагать, что способности к рассуждению, которые мы приобрели в результате искусственного отбора, проявятся в поисках единой полной теории и помогут избежать неправильных выводов.

Поскольку уже существующих частных теорий вполне достаточно, чтобы делать точные предсказания во всех ситуациях, кроме самых экстремальных, поиск окончательной теории Вселенной не отвечает требованиям практической целесообразности.

Заметим, однако, что аналогичные возражения можно было бы выдвинуть против теории относительности и квантовой механики, а ведь именно эти теории произвели революцию в ядерной физике и в микроэлектронике! Таким образом, открытие полной единой теории, может быть, не будет способствовать выживанию и даже никак не повлияет на течение нашей жизни.

Но уже на заре цивилизации людям не нравились необъяснимые и не связанные между собой события, и они страстно желали понять тот порядок, который лежит в основе нашего мира.

По сей день мы мечтаем узнать, почему мы здесь оказались и откуда взялись. Стремление человечества к знанию является для нас достаточным оправданием, чтобы продолжать поиск.

А наша конечная цель — никак не меньше, чем полное описание Вселенной, в которой мы обитаем. Наши современные представления о законах движения тел восходят к Галилею и Ньютону. До них бытовала точка зрения Аристотеля, который считал, что естественным состоянием любого тела является состояние покоя и тело начинает двигаться только под действием силы или импульса.

Отсюда следовало, что тяжелое тело должно падать быстрее, чем легкое, потому что его сильнее тянет к земле. Согласно аристотелевской традиции, все законы, которые управляют Вселенной, можно вывести чисто умозрительно и нет никакой необходимости проверять их на опыте.

Поэтому до Галилея никто не задумывался над тем, действительно ли тела разного веса падают с разными скоростями. Говорят, что Галилей демонстрировал ложность учения Аристотеля, бросая тела разного веса с падающей Пизанской башни.

Это наверняка выдумка, но Галилей действительно делал нечто подобное: Такой эксперимент аналогичен сбрасыванию тяжелых тел с башни, но он проще для наблюдений, так как меньше скорости. Измерения Галилея показали, что скорость всякого тела увеличивается по одному и тому же закону независимо от веса тела. Например, если взять шар и пустить его вниз по наклонной плоскости с уклоном метр на каждые десять метров, то, каким бы тяжелым ни был шар, его скорость в конце первой секунды будет один метр в секунду, в конце второй секунды — два метра в секунду и т.

Конечно, свинцовая гиря будет падать быстрее, чем перышко, но только из-за того, что перо сильнее замедляется силой сопротивления воздуха, чем гиря. Если бросить два тела, сопротивление воздуха для которых невелико, например две свинцовые гири разного веса, то они будут падать с одинаковой скоростью.

Ньютон вывел свои законы движения, исходя из измерений, проведенных Галилеем. В экспериментах Галилея на тело, катящееся по наклонной плоскости, всегда действовала одна и та же сила вес тела и в результате скорость тела постоянно возрастала.

Отсюда следовало, что в действительности приложенная к телу сила изменяет скорость тела, а не просто заставляет его двигаться, как думали раньше. Это еще означало, что если на тело не действует сила, оно будет двигаться по прямой с постоянной скоростью. Этот закон теперь называется Первым законом Ньютона. О том, что происходит с телом, когда па него действует сила, говорится во Втором законе Ньютона. Он гласит, что тело будет ускоряться, т. Если, например, сила возрастет в 2 раза, то и ускорение в 2 раза увеличится.

Кроме того, ускорение тем меньше, чем больше масса т. Действуя на тело вдвое большей массы, та же сила создает вдвое меньшее ускорение.

Всем хорошо известно, как обстоит дело с автомобилем: Кроме законов движения Ньютон открыл закон, которому подчиняется сила тяготения. Следовательно, если вдвое увеличить массу одного из тел скажем, тела А , то и сила, действующая между телами, тоже увеличится в 2 раза.

Мы так считаем потому, что новое тело А можно представить себе составленным из двух тел, масса каждого из которых равна первоначальной массе. Каждое из этих тел притягивало бы тело В с силой, равной первоначальной силе.

Следовательно, суммарная сила, действующая между телами А и В, была бы вдвое больше этой первоначальной силы. А если бы одно из тел имело массу, скажем, вдвое, а второе — втрое больше первоначальной массы, то сила взаимодействия возросла бы в 6 раз. Теперь понятно, почему все тела падают с одинаковой скоростью: По Второму закону Ньютона эти два эффекта компенсируют друг друга, и ускорение будет во всех случаях одинаковым.

Закон тяготения Ньютона говорит, что чем дальше тела друг от друга, тем меньше сила их взаимодействия. Согласно этому закону, гравитационная сила притяжения звезды составляет ровно четверть силы притяжения такой же звезды, но находящейся на вдвое меньшем расстоянии. Закон Ньютона позволяет с большой точностью предсказать орбиты Земли, Луны и планет. Если бы закон всемирного тяготения был иным и сила гравитационного притяжения уменьшалась быстрее, чем по закону Ньютона, то орбиты планет были бы не эллипсами, а спиралями, сходящимися к Солнцу.

Если же гравитационное притяжение убывало бы с расстоянием медленнее, то притяжение удаленных звезд оказалось бы сильнее притяжения Земли. Представления Аристотеля существенно отличались от представлений Галилея и Ньютона тем, что Аристотель считал состояние покоя неким предпочтительным состоянием, в котором всегда должно оказываться тело, если на него не действует сила или импульс. Аристотель, в частности, считал, что Земля покоится. Из законов Ньютона же следует, что единого эталона покоя не существует.

Вы можете на равных основаниях утверждать, что тело А находится в покое, а тело В движется относительно тела А с постоянной скоростью или же что тело В, наоборот, покоится, а тело А движется.

Если, например, забыть на время о вращении нашей планеты вокруг оси и о ее движении вокруг Солнца, то можно сказать, что земля покоится, а поезд несется на север со скоростью девяносто километров в час или же что поезд стоит на месте, а земля под ним убегает на юг со скоростью 90 километров в час.

Если бы в этом поезде кто-нибудь экспериментировал с движущимися телами, то оказалось бы, что все законы Ньютона выполняются. Порядок и хаос в обществе Иерархии доминирования: Личность и психопатология Первые теоретики личности Современные подходы к теории личности Исследовательская парадигма, основанная на изучении случаев: Древние млекопитающие и прекрасный новый мир Теория несоответствия Стресс: Селективные задания Уэйсона на выявление обмана Вариант с обманом Альтруистический вариант.

И памяти Фей Палмер Коун и Мэриан Фэрчайлд Джилл, которые на протяжении всей своей жизни с любовью демонстрировали подлинное понимание того, как важно воспитывать детей и реализовывать скрытый потенциал природы. И нашей дочери Нэни Фей Палмер, которая с любовью и смирением прилагает усилия к созданию более светлого будущего для людей.

В далеком будущем я вижу просторы, открытые для гораздо более важных исследований. Психология будет основана на новом фундаменте - фундаменте обязательного и постепенного обретения каждой ментальной возможности и способности. Эволюционная психология - это изучение адаптивного значения поведения и попыток объяснить то, как развивались во времени определенные модели поведения, обеспечивая выживание и повышение вероятности выживания потомства.

Слова Дарвина, написанные им более ста лет назад, подчеркивают, что каждый уровень когнитивной и поведенческой сложности достигается медленно, постепенно, поколение за поколением, в течение громадных промежутков времени. Уильям Джемс, автор первого учебника по психологии, основал свой подраздел функционализма на базовом утверждении Дарвина, согласно которому поведение, подобно морфологии, формируется селективными избирательными факторами, а такие черты, как сознание и способность планировать и решать проблемы, являлись высоко адаптивными чертами, которые проявлялись в человеческом роде в результате естественного отбора.

Эволюционно-психологический подход заметно отличается от других точек зрения идеей, что многие модели поведения, которые мы рассматриваем как негативные или вредные например, ревность, гневливость, жадность , а также те, которые считаем позитивными и полезными например, любовь, сострадание, верность , не являются следствием внешних сил, таких как наказание и вознаграждение, хотя внешние силы и могли придать этим моделям завершенность: Кроме того, как следствие законов естественного отбора можно объяснить даже тончайшие и самые эзотерические глубокие из сторон человеческого поведения, например, эстетическое чувство, саморефлексирующее сознание и стремление к смыслу.

Сейчас, когда мы вступаем в XXI век, научное исследование человеческого поведения продолжается уже многим более ста лет. Однако в отношении того, как наилучшим образом объяснить поведение человека, по-прежнему много неясностей.

Часть проблемы проистекает из ошибочной идеи, согласно которой эволюционное описание поведения и более традиционное объяснение, основанное на проксимальных непосредственных механизмах, взаимно исключают друг друга.

Оба объяснения имеют под собой почву, но чтобы полностью понять поведение, каждое из них должно быть включено в некое большее целое. Эта книга вплетает эволюционные объяснения в общую основу, которая вбирает в себя онтогенез и физиологические механизмы, а также непосредственную причинность, с тем чтобы дать наиболее ясное и полное из возможных объяснений для огромного множества моделей поведения, демонстрируемых нашим видом.

Эта книга предлагает обзор того, как эволюционная психология объясняет и предсказывает человеческое поведение в самых разных контекстах, таких как гендерозависимые предпочтения и стратегии выбора брачного партнера, регулирование социальных интеракций, развитие и поддержание социальной иерархии, адаптивность состояний психического настроя и запуск различных поведенческих стратегий в зависимости от разнящегося детского опыта. Вот основные темы, к которым обращается книга: Современная эволюционная теория обладает способностью связывать социальные науки друг с другом и с естественными науками.

В настоящее время отсутствует всеобъемлющая теория или превалирующая парадигма, которые объединили бы социальные науки или хотя бы обеспечили полное согласие друг с другом теорий, превалирующих в различных дисциплинах социальных наук.

Эволюционная теория вполне может стать каркасом, внутри которого социальные науки смогут вырабатывать согласованные, комплиментарные парадигмы поведения, подобно тому как различные дисциплины естественных наук опираются на законы, которые отличаются комплиментарностью, согласованностью и неконфликтностью. Учитывая, что эволюционная психология обладает огромным объяснительным потенциалом и может стать основной теорией социальных наук, аспиранты и студенты, специализирующиеся в психологии и других социально-научных дисциплинах, должны еще глубже изучать и понимать базовые эволюционные положения, относящиеся к поведению отдельных индивидуумов, а также к человеческим институтам.

Эта книга может быть использована в качестве основного учебника для курса эволюционной психологии, а также как дополнительный учебник для курсов по социальной, сравнительной, физиологической психологии и психологии развития.

И аспиранты, и студенты увидят, что она является ценным учебным материалом, поскольку позволит им быстро усвоить парадигму эволюционной психологии. Афинян думать научил и ввел В искусство размышленье и расчет. Теперь уж всякий думает о всем, И размышляет; домом правят все Уж лучше, нежель прежде было то. Действительно ли все живое произошло от единого предка? Почему живые существа настолько разнообразны? Как два английских натуралиста, независимо друг от друга, открыли процесс естественного отбора?

Формирует ли естественный отбор поведение живых существ, включая людей? В году молодой натуралист по имени Чарльз Дарвин рис. Хотя другие образованные и ученые мужи уже располагали подобными сведениями, Чарльз Дарвин был первым, кто осознал всю глубину значения увиденного.

Первым чудом природы на его пути стали странные создания, обитавшие на Галапагосских островах - архипелаге вулканического происхождения близ побережья Эквадора. Среди изученных Дарвином животных были гигантские черепахи исп. Еще один загадочный факт, отмеченный Дарвином, заключался в том, что на каждом острове обитали свои, уникальные виды гигантских черепах. Острова служили домом и морским игуанам - огромным рептилиям с необычной внешностью, питавшимся тихоокеанскими водорослями, а на пустынных просторах засушливых вулканических земель сухопутные игуаны жили тем, что обгрызали кактусы.

Оба вида галапагосских игуан напоминали обычных игуан, живущих в Южной Америке, однако каждый вид имел свою неповторимую морфологию, физиологию и поведение.

То же относилось и ко многим другим представителям животного мира, населявшим острова. Дарвин обнаружил большое количество птиц, сходных с материковыми видами, но со своими, присущими лишь им особенностями. Один из видов вьюрков своим поведением напоминал дятла, хотя и не имел длинного острого клюва, позволяющего долбить дерево.

Чтобы извлечь личинку насекомого, спрятавшуюся в толще дерева, он тщательно выбирает длинную колючку кактуса или щепку и использует ее как инструмент, проверяя в деревьях все щели до тех пор, пока лакомство не будет насажено на иглу. Необычные формы жизни Галапагоссов, несмотря на всю их магическую притягательность, были лишь малой частью значительно большей мозаики-головоломки Darwin, В Аргентине Дарвин обнаружил кости ископаемого животного - мегатерия. Эти великаны, ростом не уступавшие слонам, не сохранились ни в Южной Америке, ни где-либо еще, но в лесах этого континента все еще можно встретить очень похожих зверушек размерами с игрушечного плюшевого медвежонка - древесных ленивцев.

Такой же принцип внешнего подобия существует и между множеством других вымерших ископаемых форм и современными животными. Иногда это сходство очень велико. Фактически некоторые ископаемые были внешне идентичны нынешним животным. В других случаях различия столь огромны, что только эксперт в области скелетной морфологии может найти общие признаки ископаемых и современных видов. В отличие от высших плацентарных млекопитающих, у которых питание будущего потомства происходит внутриутробно через специальный гестационный орган - плаценту Darwin, , сумчатые рождают своих детенышей, когда те еще находятся на ранней стадии развития.

Эти малыши, напоминающие эмбрионов, ползут по родительскому животу в поисках тепла и безопасности. Из всего многочисленного приплода лишь немногим счастливчикам удается достичь убежища-сумки, где они могут прикрепиться к соску. Большинство новорожденных сумчатых не добираются до сумки и быстро гибнут. Вне Австралии сумчатые - большая редкость. Самый известный их представитель, живущий рядом с плацентарными млекопитающими, - опоссум.

В Австралии Дарвин обнаружил, что местные плацентарные млекопитающие очень немногочисленны, а сумчатые занимают многие экологические ниши, которые в остальном мире заняты плацентарными Darwin, Например, кенгуру занимает нишу, которая в Америке, Африке или Евразии принадлежит антилопам. Тасманский дьявол занимает нишу хищника средних размеров.

Огромная вариабельность сумчатых форм в Австралии и резкая ограниченность их видов в других частях планеты подарили Дарвину еще один кусок гигантской мозаики.

Но в Австралии Дарвина ожидал еще более странный феномен. Два местных вида утконос и ехидна были однопроходными яйцекладущими млекопитающими. В то время как сумчатые были редкостью за пределами Австралии и окружающих ее островов, однопроходные отсутствовали вообще.

Сумчатые, хотя и редко, но встречались и в других частях света, а теплокровных, покрытых мехом четвероногих, откладывающих яйца, можно было найти только в Австралии. Двуногие теплокровные яйцекладущие существуют везде и в большом количестве, но они не похожи на однопроходных клюв утконоса лишь внешне напоминает клюв некоторых водяных птиц. По физиологии размножения однопроходные более всего схожи с холоднокровными четвероногими представителями класса рептилий.

Они указывают на связь между видами не просто внутри рода, семейства или отряда. Их характеристики присущи двум разным классам позвоночных - млекопитающим и рептилиям Darwin, Для Дарвина это оказалось очень важным кусочком мозаики. Дед Чарльза Дарвина, Эразм Дарвин, полагал, что все живое связано общим происхождением от единого предка-организма Darwin, Одним из аргументов в пользу этой идеи могло бы стать существование переходных форм на каждом из таксономических уровней.

Фауна Галапагосс, так похожая на материковые виды, но в то же время имеющая столь странные особенности, подтверждает теорию образования новых видов от общего предка. Сходство между ископаемыми гигантскими ленивцами и ныне живущими древесными ленивцами свидетельствует в пользу предположения, что многие переходные формы вымерли, оставив о себе память лишь в виде ископаемых останков.

Однопроходные показывают нам, какими были переходные формы между рептилиями и млекопитающими, а сумчатые представляют собой переход от однопроходных к плацентарным млекопитающим.

Очень похожие экологические ниши занимают в Южной Америке, на Галапагоссах и в Австралии совершенно разные живые существа. Все это стало подтверждением теории, начало которой положил Эразм Дарвин. Согласно ей, для того чтобы лучше адаптироваться к среде, организмы со временем изменяются. Что не удалось сделать деду знаменитого натуралиста - это предложить механизм, объясняющий, как происходят такие адаптивные изменения.

Это стало судьбой его внука Чарльза, который первым объяснил происхождение бесчисленного множества жизненных форм планеты, включая нас с вами. Вернувшись на родину в Англию, Чарльз Дарвин нашел недостающие детали мозаики Darwin, Прогрессирующие изменения одних организмов и их превращение в совершенно другие - феномен, не уникальный для естественной среды.

Многие соотечественники Дарвина добились впечатляющих успехов в выведении разнообразных растений и домашних животных с четко определенными характеристиками. Их техника, называемая селекцией отбором , заключалась просто-напросто в сохранении и разведении только тех экземпляров животных или растений, у которых присутствовали определенные желательные свойства. В результате многократного повторения таких действий дикий рогатый скот трансформировался в ходячие фабрики по производству молока с гигантским, раздувшимся выменем; волки превратились в пуделей и коккер-спаниелей.

Механизмом, лежащим в основе этих изменений, был процесс отбора, осуществляемый человеком целенаправленно и сознательно.

Дарвин увидел, что изменения организмов в природе - результат совсем другого селективного процесса. Мальтус был священником, и его глубоко угнетало зрелище нищеты обитателей трущоб Darwin, Он обнаружил, что способность людей и других существ к воспроизведению себе подобных превышает их способность добывать пропитание для потомства.

Мальтус предположил, что население имеет тенденцию расти в геометрической прогрессии, а пищевые ресурсы остаются на том же уровне или, в лучшем случае, растут в арифметической прогрессии.

С его точки зрения, неизбежная катастрофа в результате этого процесса может быть предотвращена лишь моральными запретами половым воздержанием , а в случае неудачи - войнами, голодом или болезнями. Ее имя - Теория Естественного Отбора Дарвина, или, как она стала известна позднее, теория эволюции Дарвина.

Дарвин так долго медлил с представлением своей работы научному сообществу, что теория эволюции чуть было не пришла в мир с именем другого англичанина-натуралиста Milner, В письме были обрисованы общие принципы естественного отбора - почти так же, как в более длинной, но незаконченной рукописи Дарвина. На Уолласа, как и на Дарвина, повлияли работа Мальтуса и труды геолога сэра Чарльза Лайелла, утверждавшего, что постепенные изменения в течение длительного времени приводят к драматическим переменам.

Когда Дарвин прочитал рукопись Уолласа, он был крайне обеспокоен тем, что его почти обошел другой исследователь, и обратился к своим друзьям, сэру Чарльзу Лайеллу и сэру Джозефу Хукеру, ботанику. Эти видные ученые использовали свое влияние и сделали так, чтобы теория естественного отбора была связана с именем Дарвина. Выдержки из рукописей Дарвина и Уолласа были опубликованы в одном издании в году. Согласно современным правилам, принятым в науке, честь открытия теории естественного отбора должна была бы принадлежать Уолласу, так как его рукопись, содержащая доказательства этой теории, была закончена первой.

Однако без Дарвина, приложившего немало усилий на борьбу с критиками, и его таланта заключать альянсы и коалиции в научном обществе теория естественного отбора могла бы быть отвергнута или забыта на десятилетия. Благодаря же своим стараниям, Дарвин сумел за короткое время добиться кардинального изменения западной научной мысли.

Организмы дают многочисленное потомство, намного превосходящее по численности популяцию родителей. Особи в пределах популяции обладают широкой вариабельностью по физиологическим и поведенческим качествам. Вследствие этого некоторые из них окажутся более приспособленными к выживанию и размножению, тогда как у других эти способности будут снижены. Из-за преимуществ в выживании и размножении особей с определенными характеристиками эти адаптивные черты будут проявляться в каждом следующем поколении все чаще и чаще.

Очевидно, что в результате естественного отбора определенное количество изменений в популяции может привести к ее изолированному от других популяций размножению. Это и есть образование новых видов.

Простая, но красивая теория естественного отбора, сформулированная Чарльзом Дарвином и Альфредом Расселом Уолласом лет назад, была, по сути своей, правильной Milner, К сожалению, в XIX веке не существовало такой науки, как генетика, а теория генов - ключ к объяснению теории естественного отбора.

Эти ошибочные убеждения мешали Дарвину отстаивать идею естественного отбора как ведущую силу эволюции. К счастью для теории Дарвина, один из его современников, Грегор Мендель, показал, что наследственные черты передаются как отдельные, не смешивающиеся признаки раздельное наследование.

Но, к несчастью для Дарвина лично, наблюдения Менделя были оставлены без внимания наукой до тех пор, пока эти явления не были открыты повторно через несколько лет после смерти Дарвина. В году австрийский монах Грегор Мендель опубликовал труд, подводящий итог его многолетним экспериментам по скрещиванию гороха Strickberger, В его статье утверждалось, что родительские черты не смешиваются в потомстве, а передаются как независимые признаки.

Работа Менделя была проигнорирована современниками. И только через 16 лет после его смерти, в году трое ученых во время экспериментов с гибридизацией вновь пришли к тем же результатам, что и Мендель. Оценивая результаты, они использовали его публикацию года. В генетической номенклатуре принципы наследования известны как Законы Менделя.

Грегор Мендель не выдвинул четких формулировок этих законов, хотя черновики были найдены в его записях учеными более позднего времени, которые сами получили классическое расщепление 3: Закон расщепления, или раздельного наследования. Хромосомы, составляющие гомологичную пару АА , расходятся во время мейоза и оказываются в разных гаметах.

От гибрида или гетерозиготы Аа в каждую зрелую половую клетку гамету попадает только один фактор А или а , полученный от родителей, а не оба и не их смесь. Хромосомы из гомологичной пары во время мейоза расходятся независимо от хромосом из других пар, поэтому аллели из разных хромосом распределены в гаметах случайным образом рис.

Сперматозоиды образуются в результате мейотического деления - клетки в теле отца имеют 23 пары хромосом - хромосомы идентично удваиваются - клетка делится и образуются 2 клетки, каждая с 23 парами хромосомами - каждая клетка снова делится, после чего образуются 4 сперматозоида, каждый имеет 23 хромосомы - половину набора.

Яйцеклетка образуется в результате мейотического деления - клетки в теле матери имеют 23 пары хромосом - хромосомы идентично удваиваются - клетка делится и образуются 2 клетки, каждая с 23 парами хромосомами, одна из этих новых клеток гибнет - происходит оплодотворение оставшейся клетки - оплодотворенная клетка делится и образуются 2 клетки, каждая с половиной набора хромосом - одна из этих двух новых клеток получает хромосомы сперматозоида получая в итоге 23 пары хромосом, - 23 хромосомы от матери и 23 от отца , а вторая клетка гибнет - получившая хромосомы сперматозоида клетка образует зиготу.

Зигота растет за счет мейотического деления - зигота имеет 23 пары хромосом - хромосомы удваиваются - клетка делится на 2, каждая из которых имеет 23 пары хромосом - мейотическое деление происходит вновь и вновь, пока не образуется взрослый организм. Образование гамет в процессе мейоза, формирование зиготы и деление клетки. Рисунок взят из J. После повторного открытия раздельного наследования было обнаружено, что в генах, независимо от действия среды, могут спонтанно возникать случайные изменения, названные мутациями Strickberger, Так как мутации казались единственным источником новых генов, многие генетики стали считать, что эволюция двигалась вперед путем случайного накопления благоприятных мутационных изменений.

Эта точка зрения получила название мутационизм. Генетик Хуго де Врис ошибочно полагал, что макромутации могут привести к образованию нового вида за одно поколение, без промежуточных форм. Идея естественного отбора как первичной движущей силы в эволюции в первой половине XIX века ушла в тень.

Несмотря на рост популярности мутационизма, Севол Райт, Дж. Холдейн и ряд других ученых независимо друг от друга заложили научную основу, окончательно укрепившую позиции теории естественного отбора Strickberger, Они доказали, что каждый конкретный ген является адаптивным только в конкретных условиях внешней среды.

Если эти условия со временем изменяются, ген может стать дезадаптивным. Все многообразие генов, которые могут быть унаследованы следующим поколением, составляет генофонд.

Половое размножение обеспечивает случайное распределение генов в каждом поколении. Этот процесс называется рекомбинацией. Когда популяция находится в состоянии равновесия, частота генов частота встречаемости каждого гена относительно общего числа генов в генофонде остается постоянной, несмотря на то что у каждой особи гены сочетаются по-разному. Когда частота генов в генофонде изменяется в течение длительного времени и целенаправленно, это можно назвать эволюцией.

Мутации обеспечивают постоянное появление новых генов в генофонде поскольку Дарвин не имел представления о мутациях, источник появления новых качеств оставался для него загадкой. В процессе естественного отбора частота генов изменяется так, что адаптивные гены начинают преобладать. Несмотря на то что эта модель эволюции была доказана математически, большинство эволюционистов придерживались теории случайных мутаций до тридцатых годов XX века Milner, Изменяя в лабораторном эксперименте условия внешней среды, он выявил адаптивные генетические изменения т.

Добжанский установил, что современная генетическая теория согласуется с естественным отбором по Дарвину. Естественный отбор - основная причина непрерывного изменения частоты генов, а следовательно, и эволюционных изменений в характеристиках популяций.

ДНК имеет форму закрученной веревочной лестницы спирали , перекладины которой представлены парами нуклеиновых оснований. Аденин сочетается с тимином, а цитозин - с гуанином рис. Основное значение ДНК - способность нести информацию о белке и способность удваиваться. Последовательность из трех связанных между собой нуклеотидов - код для конкретной аминокислоты. Из последовательности аминокислот получаются белки, которые управляют в организме биохимическими механизмами развития и метаболизмом рис.

Таким образом, аденин притягивает новый тимин, гуанин - новый цитозин и т. В конце получаются две новые молекулы ДНК, являющиеся точными копиями исходной. Молекула ДНК частично расплетается, освобождая для транскрипции структурный ген.

В цитоплазме цепочка мРНК прикрепляется к рибосоме. Рибосома движется по цепи, транслируя каждый кодон в соответствующую аминокислоту, которая добавляется к собираемомубелку молекулами транспортной РНК.

Когда рибосома доходит до конца цепочки мРНК, ей встречается кодон. Второе важное свойство ДНК - способность к репликации удвоению. Непарные нуклеотиды начинают притягивать к себе комплиментарную пару. Именно эта способность ДНК к репликации делает возможным размножение всех форм жизни - от простейшего микроба до сложного многоклеточного организма. Сейчас известно, что мутации - это изменения в последовательности пар нуклеотидов, что влияет на результат синтеза белка Strickberger, Ген - это особая последовательность нуклеотидов в хромосоме, кодирующая определенный полипептид или белок.

Знание этого позволило изучить эволюцию на молекулярном уровне, отследить историю изменений в конкретных генах и в их организации, а также создать модель филогенеза, основанную на схожести ДНК между таксономическими группами.

Как подчеркивал Добжанский, все в биологии имеет смысл лишь в свете эволюции. В этой работе развивались идеи функционализма, согласно которым сложные психические функции, включая самосознание, обусловлены тем же, чем комплекс морфологических и физиологических характеристик.

Они существуют постольку, поскольку имели у предков адаптивное значение. Например, предок человека мог придумать методы хранения пищевых запасов и не использовать их, если еды достаточно с учетом грядущей смены времен года. Те, у кого отмечалось такое поведение, имели несомненное преимущество перед людьми, не сумевшими перестроиться. Уильям Джеймс утверждал, что у людей отмечается более высокая пластичность поведения по сравнению с другими животными, так как у нас больше а не меньше инстинктов.

Джеймс постулировал неотъемлемую роль естественного отбора в формировании паттернов сложного поведения человека. Не смешно ли, что пройдет почти столетие, прежде чем в изучении поведения снова будет рассматриваться эволюционная точка зрения на понимание человеческой психологии. Причина такого разрыва - неверное понимание и неверное приложение теории Дарвина.

Он использовал концепцию естественного отбора как этическое основание принципа свободного предпринимательства lassez-faire Milner, Социальный дарвинизм Спенсера использовался для оправдания эксплуатации бедноты. Многие фабриканты того времени с готовностью приняли эту теорию, считая ее научным доказательством своего образа жизни и действий. Как ни странно, сторонники марксизма также называли себя социальными дарвинистами, проводя параллель между борьбой за существование в природе и борьбой рабочего класса.

Немецкий эволюционист Эрнст Геккель считал, что в своих действиях люди должны быть подобны природе и неважно, насколько они при этом безжалостны.

Утверждение Гитлера является кратким выражением идей натуралистического софизма. Согласно этому учению, явления природы подсказывают нам правильные модели поведения Wright, Для нас с вами, разумных существ, использование примеров из природы для оправдания собственных осознанных решений есть не что иное, как обманчивая рационализация, ужасная ошибка.

В природе можно найти примеры почти любой социальной системы или паттернов поведения индивида, но это не означает, что они являются желательными или приемлемыми для человека. Например, кто захочет в качестве идеальной диеты употреблять в пищу навозных жуков?

Из-за неверного использования эволюционной теории так называемыми социальными дарвинистами и некоторыми фашистскими идеологами идея генетического детерминизма стала ассоциироваться с биологическими подходами к поведению. Идея генетического детерминизма такова: Многие считали, что приложение к человеку биологических принципов было вариантом доказательства доктрины генетического детерминизма и поддержания status quo. Однако в то время как социальные дарвинисты, евгенисты и им подобные приспосабливали теорию эволюции для своих собственных целей, точка зрения генетического детерминизма была во многом верна.

К сожалению, описанные выше злоупотребления привели в науке к чрезмерному уклону в сторону внешнего средового детерминизма. Cambridge University Press 90 Is Our Universe Part of a Multiverse? Проверено 6 октября Brief History of the Multiverse. Проверено 13 сентября Архивировано 13 сентября года.

The Fabric of Reality: Physical Review D 85 4. Many Worlds in One: The Search for Other Universes. Welcome to the Multiverse. Discover magazine October 18, Проверено 5 мая Quanta Magazine Simons Foundation. Проверено 9 марта Архивировано 10 марта года. Fortschritte der Physik 63 1: Not Even Wrong June 9, Not Even Wrong June 14, Мужские английские имена и значения — выбор лучшего имени для мальчика.

Несмотря на то, что в культуре существуют интерпретации, что означают мужские имена, в реальности влияние имени на каждого мальчика индивидуально.

Самые популярные английские имена для мальчиков года это тоже заблуждение. Ориентироваться можно только на конкретного ребенка, глубокое видение и мудрость специалиста. Список мужских английских имен по алфавиту: Жюль — мягко-бородатый, символическая ссылка на молодежь З: Завир — новый дом Зак — бог помнит Закери — бог помнит Зандер — защитник человечества Захарий — бог помнит Зачариа — бог помнит Зачэри — бог помнит Зед — справедливость бога Зедекиа — справедливость бога Зек — бог усилит, бог помнит Зубин — зубастый Зэофилус — друг бога И: Йорк — из Йорка К: Назаниль — данный богом Найджел — чемпион Найлс — чемпион Нанди — готовый к поездке Нат — подарок Натан — подарок Науэлл — день рождения бога Наш — живущий Невада — снежный Неван — немного святой Невил — новый город Невилл — новый город Нед — опекун процветания Нейл — чемпион Нейлл — чемпион Нейт — подарок Нельсон — сын Нейла Нео — новый Нивек — немного миловидный, любимый Нивен — немного святой Ник — принадлежащий лорду, победа людей Никк — победа людей Никки — победа людей Николас — победа людей Нили — чемпион Нимбус — яркое облако, окружающее бога, туман Ноа — отдых Нолан — чемпион Нолл — армия эльфа Норберт — северный свет Норвуд — северный лес Норм — северный человек Норман — северный человек Норманд — северный человек Норрис — житель севера Нортон — северное поселение Ноубль — благородный Ноэль — рождество, день рождения бога Ньют — новое поселение Ньютон — новое поселение О: Пайс — ребенок пасхи Палмер — паломник, пальма Панкрас — вся власть Паркер — хранитель парка Паррис — пари Пат — дворянин Патрик — дворянин Патси — дворянин Пеитон — поселение Паегы Пепин — семя фруктов Перри — странник Перс — скала, камень Перси — долина, в которую проникают Персиваль — долина, в которую проникают Петеркин — скала, камень Пип — любитель лошадей Пипер — играющий на трубе Пирр — скала, камень Пирс — скала, камень Пит — скала, камень Питер — скала, камень Пол — маленький Поли — маленький Поликарп — плодотворный Помпей — показ, торжественная процессия Портер — привратник Престон — поселение священника Приам — искупление Принц — руководитель Проспер — удачливый, успешный Пэйс — ребенок пасхи Пэйси — ребенок пасхи Пэйтон — поселение Р: Уилбер — крепость Уиллард — решительный Уиллис — сын желания Уилфред — мир желаний Уилфрид — мир желаний Уильям — шлем Уинстон — камень радости Уинфред — друг мира Уисдом — мудрость Улайксс — сердитый, ненавидящий Улиссес — сердитый, ненавидящий Уолли — иностранный, кельтский Уоллис — иностранный, кельтский Уолт — правитель армии Уолтер — правитель армии Уолтон — весеннее поселение Уорик — живущий около молочной фермы Уорнер — армейская охрана Уоррен — зоопарк, сафари Уот — правитель армии Уоткин — правитель армии Уптон — верхнее поселение Урбан — городской обитатель Уриах — бог — мой свет Уэйн — каретник, изготовитель фургона Уэсли — западный луг Ф: